Обычно деревья живут долго. Даже черёмуха или ольха способны легко пережить человека. Берёза часто достигает полуторавекового возраста. Ель или сосна могут прожить три и даже четыре сотни лет, а дуб — до полутора тысяч. Если только не попадут под топор лесоруба. А ещё деревья, как и все живые организмы, могут заболеть. И именно это может стать причиной их смерти. А потому деревья довольно редко доживают до своего предельного возраста. Как и люди, впрочем.
Одинокое засохшее, мёртвое дерево в лесу — довольно обычное явление. В этом нет никакой трагедии. Всё в этом мире когда-то рождается и когда-то умирает. По той или иной причине. Но когда гибель деревьев становится массовой, и вдобавок прогрессирует, тут есть повод задуматься.
К северо-западу от деревни находится густой ельник. Он начинается буквально за заборами и простирается до самой высоковольтной линии, местами чередуясь с островками берёзы и осины. Ельник растёт на довольно сырой, местами заболоченной местности. Случалось, что ветер ронял густые вековые ели, имеющие большую парусность и поверхностную корневую систему, не слишком крепко цепляющуюся за мягкий влажный грунт. Но такое раньше случалось не очень часто, а упавшее дерево оперативно разделывалось местными жителями на дрова. С разрешения лесников, конечно. Точно так же выпиливались засохшие деревья. Тем самым предотвращалось дальнейшее заражение леса короедом. Спиленные деревья вывозились лошадьми, а все отходы сжигались, за этим строго следили. Мне и самому приходилось принимать участие в подобных операциях. Процесс довольно трудоёмкий, но необходимый. Но в результате деревенские жители были с дровами, а лес был чист и здоров. В те годы, 30 — 40 лет назад, ельник ещё изобиловал чёрными груздями и подольшанками, в пойме Шаловки часто встречались жёлтые грузди.
И вот сейчас ельник гибнет. Всё больше и больше появляется мёртвых деревьев, бурые островки засохших елей легко заметны из космоса. А ведь всего лишь 5 лет тому назад их почти не было! Вид с земли ещё более удручающий. Деревья губит короед. Причём, самый вредный из короедов — короед-типограф, он же большой еловый короед. Столь звучное название он получил за свои «художества» под корой поражённых им деревьев. Однако, нет ни малейшего повода восхищаться его мастерством. Жук-короед — опаснейший вредитель, способный за короткий срок погубить множество деревьев в лесу. Внедрившись под кору, короед съедает подкорный слой и выгрызает на стволе замысловатые ходы. Сокодвижение у дерева нарушается, оно сохнет прямо на глазах и гибнет примерно за месяц.
И эта беда пришла не только в наши шаловские леса. Практически по всей России-матушке такая же напасть. Можно ли с ней бороться? Когда-то боролись, и довольно успешно. Вовремя убирали горелые, засохшие, поваленные ветром деревья. Часто это делалось силами местного населения, и все были довольны. И теперь, думаю, могли бы. Но теперь — другая ситуация. Собирать валежник вроде бы можно. Но… «заготовка буреломных, ветровальных деревьев, стволовая часть которых не отделена от корневой части, находящейся в почве, стволов деревьев или их частей (сучья, ветви), не утративших технические качества и товарную ценность запрещена и может быть квалифицирована как хищение, либо уничтожение или повреждение чужого имущества. (Постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации от 18.10.2012 г. № 21)». То‑то же! Даже если упавшее дерево перегородило дорогу и, чтобы освободить проезд, граждане вынуждены бывают отпилить мешающую часть ствола, этот кусок остаётся лежать там же, рядом. Не дай Бог, припишут хищение. Однако, это всё равно «повреждение чужого имущества». Кстати, а что же такое тогда валежник?
Итог — количество буреломов растёт, а это идеальная среда для короеда. Короед успешно размножается, поражает новые деревья, они, засыхают, падают… И так по кругу. Остаётся признать тот факт, что война с короедом, увы, почти проиграна. Ещё год, другой, и от ельника не останется ничего. Засохший лес спилят. Едва ли посадят новый. Зато появится место для застройки. Слишком пессимистично? Пожалуй… Но накопленный жизненный опыт как-то не даёт поводов для оптимизма. А лес жалко.
