Школьные годы. Фотография

Фотография в СССР была, вероятно, самым массовым и доступным видом досуга. Занимались ей и стар и млад. В редкой семье не было фотоаппарата, советская промышленность выпускала множество различных камер, от простейших до профессиональных.

Фотография в Советском Союзе была, без всякого преувеличения, самым массовым и доступным видом досуга. Занимались ей и стар и млад. В редкой семье не было фотоаппарата, советская промышленность выпускала довольно большой ассортимент камер, от простейших до профессиональных. А также фотоматериалов и реактивов для их обработки. Каждый мог выбрать себе аппарат, соответствующий его запросам и кошельку.

О фотоаппарате я мечтал давно. У многих моих сверстников он уже был. Кто-то владел старенькой дедовской среднеформатной «Москвой», кому-то отдали ненужный «Любитель», у большинства же была «Смена». Наконец, в 14 лет и мне родители подарили мой первый собственный фотоаппарат — «Смену-8М». Это был, наверное, самый простой и самый недорогой 35-миллиметровый аппарат, стоивший тогда 15 полновесных советских рублей. Он не обладал выдающимися характеристиками. Зато, благодаря своей предельной простоте, он был фантастически надёжен и никогда не ломался.

Благодаря отцу, к этому моменту я уже довольно неплохо знал тонкости фотосъёмки и обработки монохромных фотоматериалов. Мне не раз доводилось присутствовать при проявке плёнок и печати фотографий.

Тот факт, что я был владельцем своего собственного фотоаппарата, приводил меня в восторг. Я снимал всё, что видел вокруг. Сам заправлял фотокассеты, сам проявлял плёнки и сам же печатал фотографии на стареньком отцовском фотоувеличителе.

Сейчас, чтобы получить приемлемого качества снимок, достаточно просто нажать на кнопку. В те же годы о возможностях, которые нам сейчас даёт цифровая фотография, не догадывались даже самые дальновидные фантасты.

Процесс фотографирования был непрост. Для начала надо было выбрать, на что снимать. В СССР фотолюбителям свою продукцию предлагали два предприятия — «Свема» из Шостки и «Тасма» из Казани. Изредка в продаже оказывались очень качественные плёнки из дружественных стран — «ORWO» производства ГДР и «Foma» из Чехословакии. Из советских плёнок предпочтение однозначно отдавалось шосткинской. Плёнки продавались завёрнутыми в светонепроницаемую бумагу и стоили по 35 копеек за рулон. Независимо от их чувствительности. Самой универсальной была плёнка светочувствительностью 65 единиц по ГОСТу. Плёнку следовало заправить в кассету, прежде чем использовать по назначению. Кассеты были двух разновидностей, я предпочитал пластмассовые. Они и выглядели аккуратнее, и стоили дешевле. Сама процедура заправки не представляла ничего сложного, но она производилась в полной темноте, на ощупь. В фотомагазинах продавались специальные рукава — мешки из чёрной светонепроницаемой ткани с отверстиями для рук. Но большинство фотолюбителей обходилось подручными средствами.

Итак, плёнка заправлена в кассету и заряжена в фотоаппарат. Выбран объект для съёмки. Но прежде, чем нажать на кнопку, надо было установить правильную экспозицию. У кого имелся экспонометр, тому было проще. Но стоил такой прибор, причём самый простой, дороже самого фотоаппарата «Смена». И у меня такового не было. Поэтому сочетание значений выдержки и диафрагмы приходилось подбирать по таблицам. Или при помощи вот такого нехитрого приспособления.

Наводить на резкость тоже приходилось вручную. Удобнее всего это было делать счастливым владельцам зеркальных камер. Они могли наблюдать снимаемый объект прямо через объектив. Таких среди моих сверстников были считанные единицы. Но они были. Наводка на резкость дальномерного фотоаппарата была немногим сложнее.

Но «Смена-8М» дальномера не имела. Наводка на резкость в подобных камерах осуществлялась по шкале, отградуированной в метрах. Такие фотоаппараты и назывались соответственно — шкальные. Чтобы фотографии получались качественными и не размытыми, требовался хороший глазомер. Для более точного определения расстояний можно было использовать отдельный дальномер. Такое устройство стоило относительно недорого, но и польза от него была невелика. К тому же, использование такого дальномера затягивало и без того нескорый процесс подготовки к съёмке. К счастью, объектив «Смены» имел достаточную глубину резкости и тем компенсировал ошибки неопытного фотографа.

После всех этих манипуляций оставалось только взвести затвор, прицелиться и… Часто оказывалось, что объект съёмки уже давно исчез. Да, чуть не забыл! Если же процесс фотосъёмки завершился удачно, следовало перемотать плёнку на новый кадр. Опять вручную.

Но сфотографировать — это ещё половина дела. Отсняв все 36 кадров, плёнку надо было проявить. Проявка производилась в специальном светонепроницаемом бачке, снабжённом катушкой-улиткой для плёнки. Чёрно-белые плёнки не требовали при обработке большого умения. Сейчас в сети полно публикаций, в которых утверждается, что проявка плёнки в домашних условиях была невероятно трудоёмка. Ничуть. С этой работой справлялись даже подростки. Мало того, в советский период фотолюбитель, не умеющий самостоятельно проявлять плёнки и печатать фотографии, был настоящей редкостью. Все реактивы, проявитель и фиксаж, можно было приобрести в любом фотомагазине, а сам процесс состоял из нескольких рутинных операций, наиболее ответственной из которых была собственно проявка. И, если не отклоняться от рекомендуемой технологии, успех был гарантирован. Мне доводилось проявлять плёнки даже в условиях, близких к походным. Получалось.

Печать фотографий в СССР происходила, как правило, поздним вечером в ванной комнате. В отличие от плёнок, ортохроматическая эмульсия фотобумаги была нечувствительна к красному цвету, и процесс появления изображения на бумаге можно было контролировать визуально. Это, как и сама атмосфера тесной тёмной комнаты, освещаемой только тусклым красным фонарём, давало ощущение волшебства. Неудивительно, что в то время фотография была искусством больше, чем сейчас.

Самыми распространёнными фотобумагами в описываемое мной время были бромосеребряные «Унибром» и «Бромпортрет». В продаже встречались самые разные размеры бумаги — от 6×9 до 50×60 сантиметров. Наиболее востребованными были форматы 9×12, 10×15 и 13×18 сантиметров. Бумага могла быть глянцевой, матовой и тиснёной, разной толщины и различной степени контрастности. Глянцевая бумага была самой эффектной и самой популярной. Но её требовалось отглянцевать. Для этого мокрые ещё, тщательно промытые и обработанные раствором соды (чтобы не прилипали) отпечатки плотно прикатывали эмульсионной стороной к стеклу. У меня для этой цели имелось плоское закалённое стекло от автобуса и специальный резиновый валик. Как приятно было, удовлетворённому проделанной работой, прислушиваться ночью к потрескиванию высыхающих фотографий!

Освоив чёрно-белую фотографию, было вполне логично перейти к фотографии цветной. Очень уж хотелось запечатлеть все краски окружающего мира. Для этого казалось достаточным заправить фотоаппарат цветной плёнкой. Но цветную плёнку, как выяснилось, проявить было сложнее, чем обычную, чёрно-белую. Именно по этой причине многие фотографы-любители отказывались от цветной фотосъёмки. Или отдавали отснятые плёнки в лабораторию.

Но у меня просто руки чесались попробовать проявить цветную негативную фотоплёнку самому. В фотомагазинах имелись наборы реактивов для проявления таких плёнок. И, несмотря на скептическое отношение бывалых фотографов, я решился. Оказалось, что если неукоснительно следовать инструкции, можно получить вполне приемлемый результат. И не всё так сложно, как считалось, только операций больше и температурный режим жёстче. Пришлось обзавестись специальным термометром, такие тоже имелись в продаже.

Но не всё было так просто, как поначалу казалось. Для печати фотографий с негативов были крайне необходимы светофильтры для цветокоррекции. Обычные стекляшки 6×6 сантиметров разного цвета и плотности. Но на стареньком отцовском фотоувеличителе не было специального лотка для установки таких светофильтров. Здесь можно было бы что-нибудь придумать, но сами эти фильтры были большим дефицитом, да и стоили немало. С большим сожалением, но от идеи самому печатать цветные фотографии пришлось надолго отказаться. Но выход был найден. Я начал пробовать снимать на диапозитивную плёнку. Проявлять таковую самому оказалось ещё муторнее, чем цветную негативную. Не стану подробно описывать весь этот процесс, многие из фотолюбителей моих лет с ним знакомы. Скажу только, что это то ещё «удовольствие». Однако, результат с лихвой компенсировал все мои мучения. И выбор был сделан в пользу обращаемой цветной плёнки.


Что же я снимал в те годы? Да в общем, то же самое, что снимаю и сейчас — своих родных и близких, природу родных мне мест, животных. Большей частью — котов и кошек, к которым питаю особенную привязанность. Я никогда не стремился создать шедевр, я просто фиксировал происходящее вокруг меня. Думаю, что это у меня получалось.

Кот Кузя. Шалово, середина 70-х. Плёнка "Свема" 65 ед.
Кот Кузя. Шалово, середина 70-х. Плёнка «Свема» 65 ед.
Баранчик. Шалово, середина 70-х. Плёнка "Свема" 65 ед.
Баранчик. Шалово, середина 70-х. Плёнка «Свема» 65 ед.
Грозный. Шалово, середина 70-х, плёнка ЦНД-32.
Грозный. Шалово, середина 70-х, плёнка ЦНД-32.
Ландыши в лесу. Шалово, конец 70-х, плёнка ЦНД-32.
Ландыши в лесу. Шалово, конец 70-х, плёнка ЦНД-32.
На Первомайской улице. Пос. имени Морозова, середина 70-х. Плёнка "Тасма", 65 ед.
На Первомайской улице. Пос. имени Морозова, середина 70-х. Плёнка «Тасма», 65 ед.
На рыбалке. Ладожское озеро. Плёнка ЦНД-32.
На рыбалке. Ладожское озеро. Плёнка ЦНД-32.
Поделитесь с друзьями
Андрей Ж.
Андрей Ж.
Статей: 135